Среда,
26 июля 2017
Наши сообщества

”Ломка” на рынке страхования

О влиянии финансового кризиса на страховые компании и настроения иностранных инвесторов рассказывает национальный менеджер GRAWE Group в Украине

Влияние финансового кризиса сегодня ощущают все отрасли украинской экономики. Кого-то кризис задел больше, кого-то меньше, но то, что он коснулся каждого, можно с уверенностью сказать. О том, как кризисные процессы повлияли на работу страховых компаний и как сказались на настроениях иностранных инвесторов, мы решили спросить у национального менеджера GRAWE Group в Украине Романа ДЭНИСА.

Как бы вы охарактеризовали сегодняшнее состояние украинского рынка страхования? Насколько сильно на отрасль повлиял мировой финансовый кризис и наблюдается ли снижение динамики развития рынка?

«Спад динамики однозначно чувствуется. До этого в Украине рынок страхования, как жизни, так и рискового страхования был очень разбалован, то есть, компании привыкли к постоянному значительному росту. Сейчас, конечно, ситуация изменилась. И для рисковых компаний она изменилась гораздо серьезней, чем для компаний по страхованию жизни, потому что рисковые компании в большей степени зависели от банков. В рисковом страховании есть ряд компаний, которые большую часть своих премий генерировали через банки. Банки перестали кредитовать. По этому для многих страховых компаний это стало неожиданным ударом.

Нужно еще учитывать то, что многие компании слишком оптимистично оценивали будущее, или, скажем, недостаточно пессимистично. Определенный пессимизм всегда должен присутствовать в ответственном стратегическом планировании. Компании спекулировали на постоянном росте премий и, соответственно, выстраивали свою деятельность таким образом, чтобы именно при этом росте оставаться ликвидными. Сейчас же у многих компаний рост резко замедлился, и они попадают в сложную ситуацию.

Еще один момент – это та яма, которую страховые компании выкопали для себя сами, заблокировав распоряжение Госфинуслуг (распоряжение Государственной комиссии по регулированию рынков финансовых услуг о порядке формирования страховых резервов рисковых страховых компаний). Если по страхованию жизни это распоряжение, каким бы оно ни было, оно действует, и компании вынуждены более осторожно относиться к своим инвестициям, то по рисковому страхованию это распоряжение было отменено в суде. Таким образом, на сегодняшний день рисковые страховые компании совершенно свободно решают, как инвестировать свои резервы. Некоторые компании при этом злоупотребляют данной свободой. Серьезные, крупные страховщики, наверняка придерживались определенных рациональных правил, несмотря на отсутствие распоряжения. Но есть случаи, когда капитал для дальнейшего роста черпался компаниями из резервов. Как это происходит. Допустим, компания знает, что ей нужно создать резервы в размере, к примеру, 10 млн. грн. Она покупает себе ценные бумаги, которые стоят пару тысяч гривен, но которые имеют номинальную стоимость в 10 млн. Таким образом, капитал освобождается и может быть использован на свое усмотрение. Это очень жесткий пример, но я исхожу из того, что в Украине многие компаний, особенно не западного происхождения, обладают заниженными резервами. В сегодняшней ситуации при падающем росте такой подход привел к недостатку капитала.

Учитывая выше сказанное, можно ли говорить, что уже в ближайшее время ряд украинских рисковых страховщиков может оказаться на грани банкротства?

В этом случае большую роль играет не столько зависимость компании от банков, хотя она есть первопричиной кризиса, сколько неправильно инвестированные резервы. Оценить сколько компаний инвестировало таким образом, основываясь на официальных данных, практически невозможно. Мое ощущение говорит мне, что есть компании, попавшие в серьезный переплет, которые должны будут искать выход. Если владельцы найдут дополнительные деньги, то этот выход будет найден, если нет, то компаниям придется, например, продаваться кому-то, кто будет готов взять на себя эти проблемы.

Действительно ли компании по страхованию жизни остались в стороне от кризиса и, более того, могут извлечь из него пользу?

По страхованию жизни негативное влияние было меньшим, в первую очередь, из-за того, что лайфовые страховщики в меньшей степени зависели от банков.

Второе – в компаниях по страхованию жизни с гораздо меньшей вероятностью может возникнуть потребность в высокой ликвидности. Договоры страхования жизни заключаются на долгосрочной основе, и клиент не может, как в банке в любое время забрать свои деньги. Это делает компании по страхованию жизни наименее уязвимыми во времена всеобщего психоза. В отличие от банков, страховые компании должны всегда обладать достаточно ликвидными активами, соответствующими всем их обязательствам перед клиентами. Т.е. в случае, если все клиенты одновременно потребуют у компании расчета, то теоретически у лайфовой компании для этого должно хватить средств. Банки же для случаев массового снятия депозитов не вооружены. Поэтому в интересах населения не поддаваться влиянию массового психоза, необоснованно усложняя банкам жизнь. В этом свете копании, занимающиеся классическим страхованием жизни, стали более привлекательными для клиентов, не только в Украине, но и во всем мире. Это совершенно естественная закономерность. В нестабильные времена становятся интересными более стабильные финансовые услуги.

И третий момент это то, что в отношении компаний по страхованию жизни все это время действовали четкие нормы относительно инвестирования резервов, поэтому лайфовым страховщикам хитрить было гораздо сложнее. То есть, компании по страхованию жизни не могли иметь в своих портфелях ничего нестоящие ценные бумаги для покрытия страховых резервов. Немного хитрить некоторым страховщикам все же удавалось. Они подгоняли свои резервы в определенные структуры к моменту отчета. Но в большом стиле этого делать нельзя.

Насколько серьезно положение крупных мировых страховщиков и как может измениться стратегия их работы на развивающихся рынках?

Я бы сейчас не смог назвать ни одного крупного мирового страхового концерна, который не пребывал бы на данный момент в процессе ломки. Для некоторых компаний ситуация действительно серьезная, для некоторых она болезненная, но терпимая, но зацепило практически всех мультинациональных игроков. Сейчас, вероятно, все немного присядут и займут позицию ожидания.

Мы себя очень крупным концерном не считаем, и как раз в такую ситуацию не попали. По крайней мере сегодня мы финансовый кризис не ощущаем. По новым премиям октябрь был лучшим месяцем в этом году. Во-первых, акции материнской компании концерна не котируются на бирже. Соответственно, мы не чувствуем того давления, когда курс акций падает и что-то нужно делать. Наша рыночная стоимость, таким образом, неподвластна биржевой психологии. Плюс у концерна очень высокие скрытые резервы, которые возникают в связи с недооценкой активов. Наша материнская компания в течение почти двух столетий постоянно и регулярно занижала в балансе свои активы, то есть, указывала их меньшую стоимость, чем на самом деле. В такой ситуации, в которой находится сейчас мировая экономика, это является настоящим спасением. Это происходило, в первую очередь, за счет недвижимости. Если оценивать пирог инвестиций по долям тех или иных видов, то в Австрии GRAWE занимает лидирующую позицию среди всех страховых компаний по доле резервов, инвестируемых именно в недвижимость. У нас есть много объектов, стоящих миллионы, но учтенных в балансе с символической стоимостью в 1 евро. За счет огромного массива таких активов с заниженной стоимостью мы располагаем надежной подушкой безопасности.

Изменились ли с учетом кризиса планы GRAWE в отношении Украины?

Планы по развитию GRAWE в Украине остаются на данный момент, в принципе, неизменными. У нас нет предпосылок к серьезному пессимизму. Как я уже сказал, октябрь был лучшим месяцем в этом году. Вообще, вторая половина года вопреки всем тенденциям оказалась для нас успешнее, чем первая.

То, чем нам, видимо, все-таки придется поступиться в следующем году, так это инвестиционное страхование. Первоначально мы планировали выйти с этим продуктом в 2009-ом году, в случае принятия соответствующего закона. Но сейчас мы чувствуем, что с этим, наверное, придется повременить. Такой вид страхования развивается только в условиях оптимистического рынка, которого в следующем году вряд ли можно ожидать.

Насколько масштабными могут быть сокращения персонала в страховом секторе Украины?

Понятно, что если рост компании замедляется в два раза, то изначальный штат персонала становится нерентабельным. Я не могу определить какую-то точную цифру, но думаю, что по рынку прокатится волна сокращений. Единственное, что могу сказать твердо, это то, что в ГРАВЕ Украина вопроса о сокращении персонала вообще не стоит. Это было бы странным при растущем портфеле.

Для сокращения затрат компании будут вынуждены сегодня отказываться от агрессивной политики. Что такое агрессивная политика – это низкие тарифы, много рекламы и большие комиссионные агентам. До недавнего времени компании уверенно шли на высокие затраты в рекламе и по комиссионным, исходя из того, что в будущем это окупится. Сегодня таких перспектив на ближайшее будущее уже не видно. Поэтому компании, наверное, еще до того, как приступить к широкомасштабному увольнению людей, начнут снижать объемы рекламы и комиссионные, а также отказываться от демпинговых тарифов. При этом для компаний по рисковому страхованию последствия демпинговых тарифов начнут ощущаться гораздо раньше, чем для компаний по страхованию жизни.

Насколько существенным может быть повышение страховых тарифов?

Это будет зависеть от рынка. Никто не сможет себе позволить односторонне повысить свои тарифы, встав, таким образом, вне рынка. Это сделало бы компанию неконкурентоспособной. Весь рынок должен будет плавно повышать свои тарифы. Это неизбежно и является общей тенденцией во всем мире. Нужно сказать, что в Украине по некоторым видам страхования тарифы были занижены, то есть, людям продавали страховой продукт по тарифу, несоответствующему реальной стоимости страховки. При повышении эти тарифы будут просто приведены в соответствие.

Как долго может продолжаться финансовая нестабильность?

В начале следующего года, или, может быть, во втором квартале будет потепление, то есть, прекратится лихорадка. Но это отнюдь не означает, что экономики к тому времени выздоровеют. Уже во всем мире ощущаются признаки рецессии.

Никто сегодня не может достоверно предсказать дальнейшее развитие событий. Человечество столкнулось с тем, с чем никогда ранее не сталкивалось. Опыта такого кризиса как сейчас никогда раньше не было, никто не знает четко, как с ним бороться. Люди были к этому совершенно неподготовлены. Для того, чтобы делать какие-то серьезные выводы нужно иметь соответствующую теорию, или практику. Для сегодняшнего кризиса отсутствует как теория, так и практика. Мы проходим все это впервые.

Когда кризис набирал обороты, в США проходила предвыборная кампания. Во время выборов политика ведет себя иначе, чем в спокойные времена. Никто не может себе позволить делать какие-то непопулярные, жесткие, но необходимые реформы. Схожая ситуация в Украине. Украина находится в затяжной предвыборной кампании. В такой ситуации трудно найти людей, способных стальным кулаком ударить по столу и принять необходимые меры.

В любом предвыборном процессе происходит воспаление демократии, она становится чрезмерной. Сегодняшняя политическая ситуация несомненно отразится на экономике Украины, так как сейчас была бы нужна жесткая, уверенная и независящая от сиюминутного настроения избирателей рука.

Как кризис повлиял на привлекательность украинского рынка страхования для иностранных инвесторов?

Привлекательность Украины для иностранных инвесторов, конечно, упала. Об этом свидетельствуют и постоянные снижения суверенных рейтингов. Но для западных инвесторов Украина стала менее привлекательной не только из-за её внутренних проблем с экономикой, но и по причине своих собственных сложностей. Украина остается для инвестора страной повышенного риска. Но если в лучшие времена инвесторы с полными кошельками могли себе позволить этот риск ввиду заманчивых перспектив, то сегодня большинство из них ввиду резко похудевших кошельков предпочитают наблюдать издалека.

Можно ли ожидать появление на украинском страховом рынке новых игроков?

Те, у кого есть деньги, могут сейчас великолепно скупиться. Цены на акции находятся на нижайшем уровне, именно там, где нужно покупать. Просто у большинства на это нет денег. Сегодня сложилась хорошая ситуация для тех, у кого есть средства, потому что конкуренция ослабла. Работать в условиях жесткой и агрессивной конкуренции всегда труднее. Для тех, у кого деньги есть, сейчас просто великолепное время выходить на рынок, потому что можно начинать свою работу в более комфортных условиях. Я думаю, что такие структуры, которые быстрее, чем другие оправятся от потрясений и с толком воспользуются выгодным моментом, найдутся.

Граве заявляла о том, что рассматривает возможность покупки еще нескольких страховых компаний в Украине, не поменялись ли планы?

Мы продолжает рассматривать возможность покупки страховых компаний в Украине. Но мы очень привередливая группа, мы не хотим покупать дорого. В свое время Украина была разбалована. Владельцы украинских компаний при их продаже сильно завышали цены, требуя своего рода надбавку за перспективность. Мы всегда покупаем по справедливой цене. Также мы не хотим покупать большие компании. Большая компания в Украине – это большой кот в мешке, маленькая компания – это маленький кот в мешке, а маленький кот в мешке – это меньший риск. Покупка компании в Украине всегда сопряжена с риском. Приобретение нескольких небольших компаний, хотя и связано с более крупными затратами на их интеграцию, но все же с точки зрения рискменеджмента выгоднее, чем покупка одной большой компании. Здесь мы действуем по принципу не класть все яйца в одну корзину.

Алексей Савченко (УНИАН)

 

Читайте о самых важных и интересных событиях в УНИАН Telegram
Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение