Вторник,
25 июля 2017
Наши сообщества

Выход из кризиса – ориентиры на «дешевый» рынок Европы?

О влиянии глобального кризиса на экономику Украины и путях выхода из него рассказывает президент Группы «Норд» Валентин Ландик

Мнение относительно влияния глобального кризиса на экономику Украины и вариантов выхода из него высказал в интервью УНИАН президент Группы «Норд», нардеп от Партии регионов Валентин Ландик

- Что такое, по Вашему мнению, глобальный кризис и как он повлиял на «Норд»?

Я считаю, что кризис, в первую очередь, был спровоцирован властью, а потом мы попали под влияние глубокого мирового кризиса. А повлиял он тем, что на «Норде» практически сократились объемы производства. Я думаю, что по году они будут сокращены не менее чем на 30% против показателей прошлого года. У нас политика нынешней исполнительной власти сработала на импортеров, на остановку  отечественных предприятий. Власть победила, ей удалось остановить шахты, металлургические заводы, остановить машиностроение.

Предприятие «Норд», производящее товары для народа, почувствовало влияние кризиса еще в апреле-мае нынешнего года. Выступая в Верховной Раде, я говорил, что идет тяжелый кризис, идет дефолт для Украины. Если мы не повернем свои отношения, свою экономическую политику и от болтовни не перейдем к решению экономических вопросов, у нас будет большое горе.

Я уже тогда видел, что население, например, Европы, России, начало покупать дешевые товары. Потом пошло дальнейшее развитие и мы вступили в кризис.

По-моему, фактически фондовые рынки спровоцировали нынешнюю ситуацию в мировой экономике. Потому что фондовые рынки – там уже не предприятия продавались, бумаги продавались, так называемые «ценные бумаги». Под эти бумаги печатались доллары. Сейчас никто даже не понимает, какова глубина мирового кризиса. Сколько напечатано бумаг, чтобы опуститься на дно! Это не тот кризис, который был в 1929 году в мире. Нынешний кризис – самый большой кризис. Потому что сейчас все лопается, как  мыльные пузыри. Откуда набралось такое количество бирж?! Как они стали главными, а те, кто производят материальный продукт остались внизу? Как и кем это было все задумано? Это большая, конечно, была уловка. Эта была большая афера.

 

- Могла ли Украина избежать мирового кризиса или ограничить его влияние на экономику страны?

 

Мы могли, на 100% могли. Мы не являемся участниками фондовых рынков, у нас и 1% предприятий там нет. Поэтому нас это не било бы так, мы намного легче прошли бы кризис.

Посмотрите, везде в мире падение темпов роста, а у нас падение объемов, у нас падение валового внутреннего продукта. У нас падение бюджета, поступлений в бюджет. А это обнищание народа, это невыплата пенсий, невыплата зарплат учителям, врачам и т.д. У нас другая глубина этого кризиса. Но мы сами спровоцировали его. Да, по нам бы ударило, но не так, как по другим. Потому что, я повторюсь, у нас экспортно-ориентированная экономика была, у нас был баланс между импортом и экспортом, мы его выравнивали. А сейчас разница к концу года в 20 млрд долл., т. е. Сальдо будет отрицательным.

Если мы не будем производить экспортную продукцию, тот же металл, тот же уголь, продукцию машиностроения, которая экспортируется, и не будут сюда поступать доллары, евро и т. д., это будет тяжелым моментом.

 

- Известно, что для своего производства вы металл покупали у России. Что-то изменилось в ситуации?

 

Нет. Мы и сегодня покупаем металл в России – новолипецкий, череповецкий, и в Словакии покупаем, иногда в Италии немного берем.

Ничего не изменилось. Потому что уровень качества того металла, который производится в Украине, далек от совершенства. Поэтому мы не раз встречались с металлургами. Должна быть коренная переделка металлургических заводов, чтобы получать лист, получать металл, который должен быть. Ведь это касается не только холодильников. Это и Запорожского автомобильного завода касается, он тоже закупает  импортный металл. В Украине того качества, которое мы требуем, металла нет.

 

- То есть, если бы произошла вовремя модернизация метпредприятий, мы в Украине смогли бы шире открыть внутренний?

 

Естественно. Россия меньше продает за границу, 75% металла идет на внутренний рынок. У нас наоборот – мы 75% металла вывозим, а 25%, даже меньше, оставляем в стране. Поэтому мы очень серьезно ощущаем  кризис.

- Не подняла ли Россия с учетом финкризиса вам цены на металл?

 

Нет. С Россией у нас как были хорошие отношения, такие и есть. Мы строим завод в Ростовской области по производству холодильников, торгового оборудования. Сейчас немного темпы снизились с учетом того, что кредитование банками приостановилось. Строительство идет 2 года, сейчас там построены два корпуса по 10 тыс. квадратных метров, начали получать оборудование. Мы обещали, что уже в мае 2009 года пустим первую очередь производства. И в России ждут пуска нашего предприятия. В России хорошо то, что государственные учреждения и ведомства при проведении тендера обязаны закупать товар отечественного производителя. То есть, там четко расставлены приоритеты в сторону отечественного производителя.

У нас, к сожалению, такого нет.

 - Что Вы предпринимаете, чтобы смягчить негативное влияние кризиса на предприятие?

 

Мы перешли на выпуск дешевых товаров. Выпускаем более дешевые холодильники, более дешевые плиты, более дешевые кондиционеры, торговое оборудование, компрессоры. Перешли на это, чтобы была возможность у потребителя купить. И мы потихоньку начинаем двигаться вперед. Т.е. задача моя такова – в условиях кризиса организоваться так, чтобы получить от него положительные дивиденды.

Наш дешевый товар сегодня востребован. Европа обратилась к нам, кризис ведь всех зацепил. Я думаю, что на следующий год у нас будет хороший заказ из Франции, Италии и Германии. Я уже контракты подписываю. Пойдем и в тропические зоны, страны Карибского бассейна. Там тоже «Норд» подписывает контракты. Мы выйдем на рынок Африки. Будем расширять рынок сбыта, удерживать производства на плаву, до минимума сокращать затраты.

 

- Сокращение затрат коснется фонда зарплаты?

 

Не может быть, чтобы рост зарплаты опережал рост производительности труда - как у нас в стране. Если темпы роста заработной платы опережают темпы роста производительности труда, то при такой ситуации и предприятие, и государство развалятся.

Производительность труда зависит от модернизации. Но, мы же не можем сейчас все процессы  модернизировать. За последние 5 лет мы вложили в модернизацию по 100 млн. евро ежегодно. Поставили новые производственные линии, внедрили новые технологии. У нас все на «Норде» понимают, что такое производительность труда, понимают, что выработка на одного работающего на предприятии должна быть в месяц не менее 40 тыс. грн. Сокращений на предприятии нет. Я не подписывал таких приказов. Да, есть сокращение рабочей недели. В целом, работаем 10-12 дней в месяц, так было в октябре. Я рассчитываю, что подпишу с Европой максимум контрактов, мы более спокойно будем работать. Но это опять экспорт, а я хочу, чтобы был внутренний рынок. Чтобы защитить внутренний рынок, надо ввести таможенные пошлины, квоты хотя бы на год, на период выхода из кризиса. Мы ждем, что это будет, мы участвуем в этом.

 - Насколько вас, как промышленника, устраивает пакет антикризисных мер, принятый  парламентом?

Я не хочу его хвалить, не хочу его критиковать. В нем много общих вопросов. Их нужно правильно внедрять. Должны быть серьезные разработки на уровне Кабинета министров, Верховная Рада должна принять эти решения. Но вы видите, как Верховная Рада работает?

- На что сегодня нужно направить предоставленные Украине внешние кредиты? Есть мнение, что необходимо снизить долю атомной энергетики и увеличить тепловую энергетику…

 

Я всегда выступал за это. У нас угля в Украине на 500 лет есть. Нам надо развивать эти запасы.

Для оживления экономики Украины нужно выполнить только три условия: первое - обеспечить постоянный рост украинского производства, второе – создать честную конкуренцию, то есть, чтобы в Украине не было «черного» импорта, чтобы «не крышевали»,  и третье – необходимо постоянное снижение аппарата управления. Это три кита.

И во внешней политике надо начать политику добрососедства, как по отношению к Европе, так и по отношению к России, т.е. ко всем, с кем нам выгодно работать.

- Когда состоится пик экономического кризиса?

 

Кризис будет длиться, как минимум, 2 года. Если мы в Украине поймем и у нас получиться развить внутренний рынок, чтобы стал востребован внутри страны наш металл, чтобы мы начали строить дороги и развивать наши производственные отношения, то у нас есть возможность скорейшего выхода из кризиса.  Мы ведь на мировых биржах не потеряли деньги, мы не потеряли наши предприятия. Нам надо, чтобы немедленно начала работать наша банковская система, и она должна заработать по-другому – на кредитование предприятий, на поддержку внутреннего производителя.

 

 

Интервью записала Елена Колгушева (УНИАН)

 

Читайте о самых важных и интересных событиях в УНИАН Telegram
Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение